|
Немецкий ягдтерьер в России.
Первые ягдтерьеры попадали в нашу страну как представители норных собак. А поскольку в большинстве регионов охота на барсука в те годы была запрещена и раскопка нор не разрешалась, то вполне естественно, что представители новой для нас породы стали использоваться в норной охоте преимущественно на лисицу. Этот ценный пушной зверь является желанным трофеем для многих охотников. В отечественной кинологической литературе до сих пор нет единого мнения о том, какие же породы участвовали в создании ягдтерьера — историческая концепция породы пока не сформулирована. Одни авторы полагают, что немаловажную роль помимо фокстерьеров сыграли лейкленд и вельштерьеры (именно такая трактовка дана в преамбуле к действующему с 1981 года стандарту). Другие опровергают эту точку зрения. Третьи склоняются к выводу, что при выведении охотничьих терьеров использовался конгломерат пород — целый ряд английских терьеров, черты которых до сих пор видны в ягдах. Согласно этой точке зрения, главенствующего значения какой-либо одной породе не придают — все участвовавшие породы играли равноценную роль. В середине 1970-х годов в одной из статей было высказано мнение, что при выведении ягдтерьеров использовали "даже такс и, возможно, мелких пинчеров. В конце 1980-х годов некоторые любители ягдтерьеров все больше склонялись к мысли, что определенную роль в становлении немецких охотничьих терьеров сыграл манчестерский терьер, так как обе породы имеют одинаковый окрас и некоторые сходные черты экстерьера. Несмотря на существующее мнение об участии манчестерского терьера в формировании породы "ягдтерьер", подобную точку зрения можно рассматривать как заблуждение. О появлении первых ягдтерьеров в нашей стране существуют только устные рассказы. Согласно этим воспоминаниям, немецких охотничьих терьеров можно было встретить еще в довоенный период в Закарпатье. Не исключено, что эти утверждения лишены оснований и объясняются лишь некоторой схожестью ягдтерьеров с темноокрашенными жесткошерстными фокстерьерами, имевшими черные головы и чепраки. Но наличие таких собак очевидно. Оно подтверждается резким потемнением окраса московских фокстерьеров после интенсивного использования вывезенных из Закарпатья терьеров. В то время охотничья общественность и подавляющее большинство экспертов-кинологов нашей страны не только не имели представления об этой породе, но ничего о ягдтерьерах не слышали. Впервые информация о породе появляется в журнале "Охота и охотничье хозяйство" за 1959 год. Впечатлениями о ягдтерьерах делился немецкий кинолог Клаус Рольфе. Рассказывая об охотничьих качествах этих собак, К.Рольфс писал: "При работе по понорившейся лисице или барсуку от него требуется загрызть либо задушить зверя и вытащить его наружу... Хорошо зарекомендовал себя охотничий терьер и в работе по розыску, остановке (хватке) и преследовании кабана. В нем удалось выработать столь ценное качество для охоты в лесу, как работа по следу с голосом, и заметно улучшить чутье. Поскольку этот терьер не боится воды, его можно использовать и на охоте по водоплавающей дичи в не слишком трудных условиях. Правила испытаний требуют от него умелой работы в поросшей камышом воде, равно как и подачи утки с глубокого места. Работа под землей оценивается по таким показателям, как злобность к зверю, выносливость, отдача голоса, обыскивание норы и окарауливание ее. На полевых пробах от него требуется еще втаскивание умерщвленного зверя вверх по склону или выволакивание его из норы. Таким образом, охотничий терьер выполняет у нас теперь не только функции норной собаки, но и гончей, и легавой собак". Первое непосредственное знакомство с этими собаками состоялось в начале 1970-х годов. В крупные кинологические центры — Москву и Прибалтику (Литву и Латвию) были привезены первые представители породы. В Москву первые ягдтерьеры попадают в 1972 году. Несколько собак было привезено москвичом А.С.Блиста- новым, который стал первым заводчиком породы в столице. Всех привезенных им собак использовать в разведении не удалось, но часть из них дала отличное рабочее потомство. Вслед за А.С.Бли- становьм ягдтерьеров стали привозить и другие собаководы, считавшие, что за этой породой — будущее. Наиболее известными производителями первоначального периода становления породы в нашей стране стали собаки Черри фон Ришебах, Энке фон Вольци- герзее и Дина фон Гохлитзее Калужского охотхозяйства (приобретенная у А.С.Блистанова), а также чемп. Инка, вывезенная из ГДР. С самого начала становления поголовья новой породы Москва стала главным центром разведения и распространения ягдтерьеров во все регионы бывшего СССР, удовлетворяя всё возрастающий спрос охотников-норников (да и не только норников). Потомство от первых и ряда последующих генераций от собак А.С.Блистанова оказалось в Литве, Латвии, затем на Украине и, несколько позднее, в Белоруссии. Эти поставки с каждым годом увеличивались и обогащались благодаря новым поступлениям собак свежих кровей из-за рубежа, в основном, в Москву. Интересно, что в статье немецкого охотника П.Файля "Наш маленький праздник", опубликованной в журнале "Охота и охотничье хозяйство" в 1963 году, помещена фотография ягдтерьера Бетти фон Ришебах — представительницы того же питомника, откуда родом один из пионеров этой породы в нашей стране — Черри фон Ришебах. Потомков всех этих собак можно считать родоначальниками породы не только в Москве — часть из них оказалась в Прибалтике и на Украине. Наиболее заметными из них оказались Чук 1002, Чена 1001 и Бинчи-БАС Тимошенко (приставка БАС представляла собой инициалы А.С.Блистанова). Несмотря на то, что не всех завезенных представителей породы удалось использовать в племенной работе от Черри ф. Ришебах, Энке ф. Вольцигерзее, Дины ф. Гохлитзее все же было получено потомство, которое с первых своих полевых выступлений заложило основу для последующего триумфального шествия ягдов к норному Олимпу. Из первенцев особо следует отметить Чука 1002 и его однопометницу Чену 1001, показавших себя не только отличными полевиками, но и хорошими производителями. Чук и Чена стали первыми выставочными чемпионами этой породы в нашей стране. Часть их потомков составили первичную основу генофонда во многих областях России, Прибалтике, на Украине и в Белоруссии. К ним можно отнести Эру Данелиса А. А.; Бидци Пелыунова АН. — эта сука в различных сочетаниях устойчиво давала потомство с высокими рабочими качествами; будущую выставочную чемпионку Тину 1017; Ромиса 1279; полевого чемпиона Хейга УРКОС 551; Негро Балтиса, Леду УРКОС 315 и др. В 1979 году были получены Чижик 1025, Эльба-БАС Блистано- ва, Эра Данейлиса, Леда УРКОС 315. В те же годы из-за рубежа привозят еще нескольких ягдтерьеров, среди которых надо выделить Памира 1006 и ч. Ганса Валюса. Эти собаки содействовали расширению отечественного генофонда. Собаки, привезенные в 70-е годы XX века, составили основу племенного разведения отечественного поголовья и сформировали генофонд породы. Дальнейшее импортирование новых собак составило вторую, более многочисленную группу ("волну") потенциальных производителей, что позволило существенно расширить генофонд. Наибо- лее'положительным оказалось использование таких производителей, как Дорек з Налеси 1046 (импортирован из Чехословакии), Депп фон Цётн 1013 (импортирован из Германии), Рекс з Голоуб- кова двора 5345/80, Дакс фон Цётн Новиченкова. Появление этой группы производителей можно рассматривать как кульминационный период становления породы и признания ее охотниками нашей страны. Первое время распространение ягдтерьеров ограничивалось главным образом Москвой с прилегающими к ней областями и Прибалтикой, причем в последней особенно большое внимание новой породе было уделено в Литве и довольно значительное в Латвии, куда была приобретена часть потомков московских собак. Лучшие из них использовались довольно широко. К ним относится Ромис 1279 (Рига), происходящий от Дорека з Налеси 1046 и Чены 1001, имеющий высокую оценку экстерьера и пять дипломов I степени. Ромис стал чемпионом XIII республиканской выставки и дал многочисленное классное потомство. Интенсивно использовали и Негро Балтиса — сын Чемп. Ганса Валюса и Чены 1001, а в последующие годы также Тобиса Приеде, Бонюса Берда, Чемп. Керию 339 Грасманиса и других. Из Москвы были также привезены щенки от Деппа фон Цётн 1013, Цара з Вошмерки 1155. Генофонд ягдтерьеров, разводимых в Латвии, пополнялся и за счет литовских производителей. Наиболее выдающиеся из них — Магас Каспарайтиса, Дике и Мигла Кузавиниса, также имеющие московское происхождение. Их клички можно встретить не только в Латвии, но и во многих областях России, на Украине, в других регионах. За 1985—87 годы численность ягдтерьеров в Латвии увеличилась более чем вчетверо. Большое внимание новой породе было уделено в Литве. Примечательно, что литовцы, выставив на II Всесоюзные состязания норных в 1977 г. команду, включили в ее состав двух ягдов: Весту- Бас Томулявичуса и Эру Дайнелиса. Обе суки являлись потомками первого и второго поколений собак А.С.Блистанова. Не исключено, что такое решение в определенной степени определило успешное выступление литовской команды, занявшей на таких престижных состязаниях почетное второе место, опередив опытные коллективы Украины, России и Москвы. Дело в том, что у литовцев, в целом, собаки выступили хотя и скромно, без броских работ, но очень ровно, без срывов, что и обеспечило успех. Из 10 собак две получили дипломы II ст., а шесть — III ст. Больше всех баллов команде принесли Веста-Бас и жесткошерстный фокстерьер Реди А.Жибутиса, что позволило ей на 8 очков обойти команду Украины, занявшую третье место. Интересно отметить, что Веста-Бас получила высокую оценку за голос — 5 баллов, что на состязаниях подобного ранга является довольно редким и, тем более, что так был оценен голос ягдтерьера. Первые представители новой породы, приобретенные АДайне- лисом, появившись в литовских угодьях, быстро привлекли внимание литовских охотников, и в первую очередь городских. Численность собак начала быстро расти. Первое время племенная работа, руководимая А.Палишкасом, поневоле производилась методом тесного инбридинга, но впоследствии, за счет новых поступлений извне и обмена племенным материалом с соседними регионами, генофонд постепенно обогащался, становился разнообразнее. Охотничья общественность Литвы убедилась в высоких разносторонних качествах породы. Ягды показали хорошие результаты на первых же испытаниях: по кабану (23% — I ст.; 39% — II ст.; 20% — Ш ст.); более 50% собак было дипломировано на испытаниях по кровяному следу; показали себя ягдтерьеры и на полевых испытаниях по утке. Особо интересно отметить решительность действий ягдов в несколько отличных от обычных нор условиях — в подземных, частично затопленных лабиринтах бобров. Таким образом, в Литве, как и в соседней Латвии, основу генофонда составили собаки московского разведения. С ними была развернута племенная работа. Но вначале из-за малочисленности поголовья собаководы вынуждены были строить ее на основе многократных близких инбридингов. Позднее появились собаки из Польши и Болгарии. Подчас они не отличались высоким экстерьерным уровнем, но за счет них обогащался и пополнялся племенной материал. Их вязали с более породными партнерами и они вносили свой скромный вклад в становление поголовья породы, увеличение ее численности, что позволяло поставлять ягдтерьеров во многие регионы страны. В семидесятые годы XX века эксперты-норники всех упомянутых регионов испытывали затруднения при проведении экспертиз ягдов на выставках. Объясняется это тем, что в стране не было стандарта на породу и полностью отсутствовали какие-либо сведения о ней в отечественной кинологической литературе. Появление в 1981 г. стандарта позволило получить наконец-то долгожданное руководство, но и оно не давало ответа на многие вопросы экспертов. Все это вызывало большой разнобой в оценках экспертов. Неудивительно, что литовцы на Республиканскую выставку 1982 г. решили пригласить эксперта из Германии. С экспертизой гостя познакомились и поклонники ягдов из Латвии. В частности, на одной из зональных выставок в Латвии в 1983 г., где было выставлено 20 ягдтерьеров, экспертиза велась на основе рекомендаций немецкого кинолога. Характерно, что ни одна из собак не получила высшей оценки, а оценки "очень хорошо" удостоились только 5 ягдов. Это были в основном потомки известных литовских производителей Магаса Каспорайтиса и Миглы Кузавиниса. На сей раз подход к оценке качества шерстного покрова был иным, чем прежде, — более "суровым". Были забракованы рыжие уши и головы, проступающий цветной подшерсток, недостаточная жесткость шерсти и т.д. Наличие собак с упомянутыми дефектами не удивительно: это подтверждает история породы. Такое положение особенно остро сложилось именно в Прибалтике, где поступления из-за рубежа в этот период были весьма ограниченными, если не сказать единичными. В последующем за счет новых поступлений, и вновь в основном из Москвы и лишь частично извне, положение с генофондом стало заметно изменяться в лучшую сторону. В Москве от собак литовского происхождения Нериса 1079 и То- биса 1128 было получено многочисленное потомство. На кровях литовских ягдов построена часть генофонда в Саратове. Много таких собак попало на Украину. На Украине ягдтерьеры появились несколько позднее и еще позднее — в Белоруссии. Племенной материал в основном формировался за счет Москвы, а также Прибалтики, главным образом от производителей второй волны поступлений из-за рубежа. К ним относятся Дорек 1046, Депп 1013, его родной брат Дакс Новиченкова и др. На московских областных выставках конца 1970-х — начала 1980-х гг. перечисленные ягды только появились и, естественно, потомство от них в этот период не выставлялось. Экспонировались Чук 1002, Чена 1001, брат Чука Чижик 1025 (из помета 1979 г.). Многие из этих и вышеперечисленных собак получили высокие оценки. Стандарт породы появился только в 1981 г., а до поклонников и большей части экспертов дошел еще позднее. Если бы экспертиза собак рассматриваемого периода проводилась в конце XX века, то критерии подхода к оценкам экстерьера были бы другими. Действительно, получивший, например, оценку "отлично" Чук 1002 имел квадратный формат, резковатый переход от лба к морде, очень высоко заходящие подпалы на конечностях, переводящие черноподпалый окрас почти к чепрачному, собака вертикально держала хвост. Надо прямо сказать, что в то время охотников это мало беспокоило, они видели высокие рабочие качества породы и ряд примеров ее разностороннего использования. Это было главным. Поэтому важнейшей задачей разведенцев было удовлетворение резко возросшего спроса на щенков. Увлечение ягдтерьерами носило характер вспышки. С появлением в Москве новых импортированных производителей соответственно увеличивалось воспроизводство молодняка. Часть его оказалась на Украине. Потомки Дорека з Налеси 1046, Дакса фон Цётн Новиченкова и особенно Чука 1002 и Чижика 1025 были довольно широко использованы в племенном разведении и легли в основу генофонда ягдтерьеров Украины. Если к концу 1970-х годов миграция ягдтерьеров шла в основном в одном направлении, то немного позднее возник и обратный поток. Приобретение собак, а затем и обмен племенным материалом происходили, как правило, стихийно, осуществлялись частными лицами. Тем не менее рабочие качества собак были довольно высокими, так как молодняк брали в основном от лучших производителей. В 1980-е годы на Украине появились собаки, импортированные из ГДР, Венгрии, Чехословакии и других стран. Потомков лучших украинских производителей можно встретить во многих регионах бывшего Союза. Несколько позднее по сравнению с перечисленными поголовьями стал формироваться племенной очаг ягдтерьеров в Белоруссии. Процесс его становления аналогичен предыдущим. Приобретение ягдтерьеров в Белоруссию шло в основном из Прибалтики. Здесь можно встретить помимо перечисленных клички Яго 1035, собак из Тракайского питомника и других. Взаимный обмен племенным материалом положительно повлиял на племенную работу с породой. Если ранее кинологические центры в основном только завозили щенков из традиционных мест разведения — Москвы и Прибалтики, то к началу 1990-х годов некоторые из них становятся или уже стали самостоятельными центрами разведения. Так, например, в Кирове в 1987 году на выставке было представлено лишь 4 ягдтерьера, а в 1989 году их экспонировалось уже 17. В Саратове поголовье ягдов за это же время выросло с 8 до 19. При этом идет частичное перевооружение охотников-норников — ягдтерьеры приобретают все большую популярность. В 1977 году во Всероссийскую родословно-племенную книгу охотничьих собак (ВРКОС) был записан первый ягдтерьер. Это была ч. Чена 1001/ят, происходящая от Черри фон Ришебах и Энки фон Вольцигерзее. Если в каталоге V Всероссийской выставки охотничьих собак 1972 года вообще не значилось такой породы как ягдтерьер, то в каталоге VI Всероссийской выставки (1987) их было уже 106. В 1975 году в Москве была зарегистрирована всего одна собака, в 1982 — 21 ягдтерьер в Москве и столько же в области, в 1983 — это число удвоилось, а в 1984 году утроилось. В 1987 году их было уже около 400, а в 1991 г. — около 800. В 1985 году утверждается официальное название породы — немецкий охотничий терьер (ягд- терьер). Высокие рабочие качества, раннее созревание для работы в поле, разносторонность ягдов обратили на них внимание нашей охотничьей общественности и кинологов. И если из 60 представленных на II Всесоюзных состязаниях норных в 1977 представителей ягдтерьеров было всего пять, то в дальнейшем численность их в престижных соревнованиях начинает резко возрастать. Высокие рабочие качества, продемонстрированные ягдтерьера- ми на состязаниях и практической охоте, вызвали большой спрос на эту породу. Поэтому основной задачей в первое десятилетие становления породы в нашей стране было удовлетворение спроса на собак в первую очередь в самих центрах разведения и прилегающих к ним регионах. В этот период главным было сохранение охотничьих качеств, необходимых преимущественно для охоты на лисицу. Разносторонняя же полевая проверка этой многопрофильной породы упиралась в отсутствие искусственных нор для притравки и испытаний по барсуку и Правил испытаний собак по кабану, утке и кровяному следу. Появление у нас ягдтерьеров несколько опережало развитие отечественного охотничьего собаководства. Поэтому первое время ягдтерьера стали разводить у нас исключительно как норную собаку. Справедливости ради следует отметить, что первая нора П-об- разного типа для испытаний по барсуку была построена в строгом соответствии с международными правилами еще осенью 1969 года на территории протравочной станции невдалеке от подмосковного города Мытищи. Для первых притравок был приобретен довольно агрессивный барсук значительного веса, а затем и еще три. Однако популярности эти испытания не получили, тем более, что в тот период еще не существовало правил их проведения (Правила испытаний по барсуку были разработаны и утверждены в 1972 году). Хорошо начатое дело к концу 1970 года сошло на нет. Имеющиеся производители, дававшие хорошее рабочее потомство, использовались очень интенсивно. Так, Дорек з Налеси 1046 к 1987 году имел 73 классных потомка! Казалось, что такими темпами генофонд породы должен был бы дойти до критического состояния. Но этого не произошло: большой спрос и заинтересованность охотников в новых кровях повлекли еще более усиленное поступление собак из-за рубежа, уже не только из ГДР, но и из Венгрии, Польши, Югославии, Чехословакии. Наследственность далеко не всех импортированных собак была благополучной. Однако из года в год экстерьерный- уровень и рабочие качества их неизменно повышались, отражая общую закономерность развития и совершенствования породы в Европейских странах. Отразилась эта тенденция и на отечественном поголовье. Особенно ее влияние стало заметно к концу 80-х годов. К наиболее заметным импортированным производителям следует отнести ч. Аякса фон Ягдшлос 1101, Блица фон Кальтен Грунд 1226, Китти фон Гласберг 1082. По количеству полученных классных потомков особо выделяется ч. Аякс фон Ягдшлос 1101, от которого к 1992 году было получено около 150 классных потомков! Став чемпионом, Аякс поставил абсолютный рекорд московских выставок по комплексной оценке, получив 155 баллов, что является максимальным результатом. Такого результата до него не имел представитель ни одной породы. Аякс имел дипломы высшей, I степени по всему комплексу дипломов за универсальность, присуждаемых в нашей стране норным. Наряду с производителями европейского разведения стали активно использоваться и их потомки первого и второго поколений. Из них следует выделить Яшку 1067, Нериса 1079, Тимура 1261. Из сук, стойко передававших потомству в различных генотипических сочетаниях высокие рабочие качества, выделились Бидци 1024, Мета 1424/81, ч. Тина 1017, Лина 1150, ч. Веста Томулявичуса, ч. Августина Соловья.
_________________
"Никакое происхождение собаки не прибавляет дичи в угодьях и ума владельцу" - / Хохлов С.В./
Каждый упрощает все, до своего уровня понимания, и это в принципе правильно, только нельзя это навязывать другим ...
|
Вход
FAQ
Правила
